![](https://waterslalom.ru/storage/app/uploads/public/5fd/23b/214/5fd23b2140789477638926.jpg)
Только что вернулись первые два наших слаломиста из Новой Зеландии – с WorldMasterGames2017– Михаил Селезнев и Сергей Киреев. От Михаила мы получали информацию в экпресс-режиме по ходу Игр. Сейчас же пресс-служба Федерация гребного слалома России пообщалась с Сергеем Киреевым.
– Сергей, расскажите подробнее о Вашем пребывании в Новой Зеландии, о соревнованиях, об их участниках, о тренировках, вообще, о том, как там все было.
– Наши – Борис Колтышев и Андрей Курносов – прилетели в Окленд 16 апреля, я – утром 18-го, а Михаил Селезнев – накануне поздно вечером. Его я увидел первым, войдя в зал прилета. Мы с ним взяли напрокат машину, предварительно, из Москвы, договорившись с прокатной компанией о наличии багажника у машины – чтобы было к чему лодки привязывать, и сразу, из аэропорта, поехали на слаломный канал. Михаил, пока меня ждал, взял да и сходил туда ранним утром – по 11 км в один и в другой конец пешком – так, для разминки, чтобы акклиматизация лучше шла.
На канале первым, кого я увидел, был Борис Колтышев, я его сразу узнал, несмотря на почти тридцатилетний перерыв. Для тех, кто забыл: Борис – обладатель кубка СССР по гребному слалому 1977 г., многократный призер всесоюзных соревнований в 70-80-е годы прошлого века, один из сильнейших каякеров СССР тех лет. Здесь же, рядом с Борисом, на оклендском канале, был и Андрей Курносов – все, кто занимается родео на бурной воде, отлично его знают. Мы с Михаилом, посмотрев, как тренируются ребята, поехали с ними на океан – так что первые полдня в Окленде мы и окрестности посмотрели, и канал, и наших соперников увидели в деле. За последующие 13 дней, которые мы провели в Новой Зеландии бок о бок, мы не только крепко сдружились, но и многому научились друг у друга, я-то уж точно. Представлю Бориса – это абсолютный, стопроцентный, прирожденный боец. Я его таким знал в 80-е, таким он и остался. Боря приехал на Игры, еще не оправившись от тяжелой «горнолыжной» травмы, он и костыли с собой взял, но это не мешало ему не только тренироваться, но и отплясывать на последующих вечеринках.
Борис в прошлом году съездил на слаломный канал в Праге, вспомнил, насколько успел, свою каякерскую молодость (с 16 до 30 лет был фактически профессионалом в спорте), и в Окленде в возрастной категории свыше 60 лет смотрелся очень достойно. У него и лодка ломалась на тренировке, и оверкили в гонке были, но Боря бился до конца.
Кстати, до «бронзы» в личной гонке ему не хватило немного – после первой попытки он был как раз третьим, однако затем соперники прибавили и он в итоге стал пятым. Во внесоревновательной жизни Борис – прекрасный собеседник, – вдумчивый, интересный и образованный; на воде – как я уже говорил, абсолютный боец. У него я и старался учиться – травмы у тебя, возраст, большой перерыв в спорте, то да се, – неважно, иди и греби. Я пригласил Бориса принять участие в чемпионате Москвы этого года, он в нашей возрастной категории точно интригу создаст.
Андрей Курносов – человек, за которого я повторял там, в Новой Зеландии, один и тот же тост: он влюблен в бурную воду беззаветно и бескорыстно, и она ему платит тем же, я это видел – бурная вода его любит, уважает и поддерживает всегда на плаву. Сколько было у Андрея сил, столько он их отдавал на тренировках в Окленде. Результат налицо, – «золото» Андрея – итог его таланта и трудолюбия.
Михаила Селезнева представлять особо не надо, его и так все знают. «Бронза» завоевана в труднейшей борьбе, победитель в его возрастной категории (свыше 50) – абсолютно реактивный француз – был недосягаем, а за «серебро» Михаил боролся реально. Мне хотелось выступить в двух классах – байдарках-одиночках и каноэ-одиночках среди мужчин но не получилось. Травма колена не пустила меня в С-1, а в К-1 я вместе с Борисом Колтышевым и новозеландским спортсменом был третьим в командной гонке (свыше 60 лет).
– Оставалось ли у вас время на что-либо, кроме тренировок и соревнований?
– Да, тренировочное время на канале организаторами Игр было расписано так, что вечером, если оставались силы, можно было заниматься чем-либо еще. Мы, с подачи Михаила Селезнева, ходили на морской каякинг, а также занимались другими активными видами отдыха.
Михаил – исследователь по натуре, его всегда тянет познавать непознанное, – кроме парков и ботанических садов неописуемой красоты он завез меня в долину гейзеров (примерно 250 км от Окленда). «Давай, – говорит, – вот на этом озере тренировку проведем», – а там вода, как в фантастическом кино – где-то немного побулькивающая, где-то очень теплая, где-то горячая – концентрируйся и не сварись в неправильном месте. Я сразу стал эскимосские перевороты делать в этой слабо-сернисто-кислотной воде, а Михаил нашел место, где жар озера через лодку ощущаешь – там мы и ускорялись, крутились и т.д. Это мы насмотрелись фотографий из заснеженной Окуловки и решили в тепле поплескаться. Местные крайне удивлялись, глядя на нас – не принято у них в это озеро залезать.
А 1 мая Михаил взбодрил нас, организовав очередной морской каякинг вокруг одного из островов. В какой-то момент начался небольшой шторм, – Андрей воспринял ситуацию как рабочую и рутинную, а нам с Михаилом и Борисом мало не показалось. Главное – на рифы не налететь, иначе лодке конец, – в общем, весело было, грех жаловаться.
– Что можете сказать об общей атмосфере соревнований?
– Атмосфера была предельно дружелюбной – все спортсмены много между собой общались, зрители были не только местные, но и наши, русские, живущие в Новой Зеландии, приходили нас поддержать. К старту тебя поднимает небольшой эскалатор, вдоль него – болельщики в это время хлопают в ладони, один за другим, желают тебе победы – это было очень здорово.
Наши, русские, принесли большой российский флаг, так что одинокими мы себя не чувствовали.
Дружелюбная расслабленность – вот, наверное, одна из главных особенностей новозеландской жизни. Мы с Михаилом Селезневым жили на отшибе, в большом доме с дружелюбными хозяевами (у них был второй этаж, у нас – первый). Стоит отметить, что мы никогда дверь не запирали, уезжая даже на целый день, – так, двигали ее по горизонтали до упора, а там и замков-то не предусмотрено. Мы и не вспомнили ни разу, что у дверей должны быть замки, и их надо закрывать.
Еще о дружелюбной атмосфере – ну где еще, кроме Новой Зеландии, такое придумают – у гонки есть полуфинал (1-я попытка), а потом – финал, и зачет у финалистов – по этой второй попытке. В Окленде сделали в одной из гонок так: полуфинал полуфиналом, а в финал выходят все. Можно по-разному относиться к этому ноу-хау, но один канополист, например, опоздав к полуфиналу слалома, был, разумеется (в этой системе координат) допущен к финалу – все равно ведь все туда выходят. Это не разгильдяйство, не дурь, а позиция организаторов: вы, спортсмены, долго к нам летели, и вам должно быть хорошо.
– Что бы Вы, Сергей, могли пожелать посетителям нашего сайта?
– Ветеранам – ездить на ветеранские соревнования. В Окленде и вправду все было очень здорово. Японцы, которые будут проводить Игры ветеранов спорта через четыре года, приехали в Новую Зеландию смотреть гребной слалом с целью понять, как все лучше устроить у себя дома, – как вешать трассу, организовывать судейство и т.д. Важно, что они очень стараются – задали десятки вопросов нам, участникам стартов. Так что, желаю всем, кому будет за 35 лет в 2021 году, ехать соревноваться в Японию.
Да, чуть не забыл: Первое мая ведь только что было. Раньше на Первомай в советских газетах призывы разные публиковали.